«Чагин» Евгения Водолазкина
Новая книга автора бестселлеров «Лавр» и «Авиатор» – всегда событие в мире интеллектуальной литературы. Рассказываем о романе «Чагин», который вышел в «Редакции Елены Шубиной» в октябре.
Память — важный персонаж многих книг Евгения Водолазкина. В новом романе «Чагин» память становится главным героем в буквальном смысле: книга рассказывает историю Исидора Чагина, уникального мнемониста, который лишён простого человеческого дара – забывать. Что ждёт героя в мире, который живёт по законам забвения?
«Когда-то Исидор Чагин был знаменит. Его удивительная память вызывала восхищение. Иногда — сомнение: не являлись ли опыты с его участием результатом тщательно подготовленной манипуляции? Не верилось, что человек способен запомнить текст любой сложности и хранить его в голове как угодно долго. Потом выдающегося мнемониста забыли — что звучит почти скандально. Многие свидетели его славы уже в могиле, а те, что живы, поглощены противостоянием неизбежному».
Евгений Водолазкин экспериментирует с жанрами и нарративом. «Чагин» – это и авантюрный роман, и дневниковая проза, и социальный очерк об эпохе, и многое другое, объединённое в стройную структуру философского романа о времени.
Исидор Чагин обладает необыкновенным даром: он может с лёгкостью запомнить любой текст, без труда изучает новые языки, сохраняет в себе каждое событие жизни. Однако дар имеет оборотную сторону: память переполняет героя, а чужой опыт, усвоенный из текстов, неотделим от своего.
«Многими своими частями придуманная мной биография совпадала с биографией Исидора, ибо не может не быть сходного в жизни людей, родившихся в одном месте и в одно время. Случилось то, чего я не мог предположить: в феноменальной голове Чагина две биографии смешались. К ним роковым образом присоединилась и моя собственная биография, которую я поведал Исидору в минуту откровенности. В одном из донесений он признавался мне, что уже и сам не мог отличить бывшего в его жизни от вымышленного. Так была устроена его голова».
Интересно, что роман о мнемонисте выстроен в форме воспоминания. Голос самого главного героя почти не звучит: мы узнаём его историю из уст тех, кто помнит о Чагине. Это его коллеги, соседи и друзья. Как много в их памяти истинного, и что они добавляют в портрет героя от себя самих?
«В течение многих лет Чагин являлся на службу в одно и то же время и, как мне казалось, в одном и том же виде. Надо думать, одежду Чагин менял, но каждая смена повторяла предыдущую. В любое 14 Чагин время года он ходил в темно-сером костюме и такой же рубашке. Серым был и его галстук, который не сразу опознавался, потому что сливался с рубахой. Осенью и весной Чагин носил болоньевый плащ цвета мокрого асфальта, а зимой — темно-серое пальто с цигейковым воротником. Когда вышел роман “Пятьдесят оттенков серого”, я подумал, что так могла бы называться и книга об Исидоре».
Нелинейный нарратив открывает особые повествовательные возможности, которые соответствуют сложной и разветвлённой структуре памяти главного героя. Сам повествовательный стиль романа вводит читателя в нелинейный мир воспоминаний, где всё соединено со всем, давая возможность прикоснуться к тайне времени. Евгений Водолазкин меняет стили и эпохи, вводя читателя в мир по ту сторону истории.
«Исидор учился осмысливать всё, что запомнил. А с тем, что осмыслено, можно и попрощаться — так, видимо, считала память».
