Что читают почитаемые: Михаил Михайлович Зощенко

В честь дня рождения Михаила Зощенко сотрудники Государственного литературного музея «XX век» рассказали нам, какие книги были в его личной библиотеке, творчество каких авторов было созвучно мыслям самого Михаила и образ какого писателя стал питательной средой для его таланта.

Михаил Михайлович Зощенко – человек, который всю жизнь неустанно занимался самообразованием. В его библиотеке множество книг по истории, политике, философии, физиологии, медицине, астрономии. И полагался он при выборе книг, разумеется, на себя, на свой разум.

Библиотека Михаила Зощенко, хранящаяся в Государственном литературном музее «ХХ век», – это около двух тысяч томов, что является лишь частью полной библиотеки писателя. Книги в ней подобраны неслучайно. Помимо художественной литературы, есть и специальные материалы для работы. Например, брошюра «В помощь директору МТС» (МТС – Машинно-тракторная станция в СССР в 1920–1960-е гг.). Она попала в его библиотеку, так как писатель собирался создать рассказы в духе «положительной сатиры» на колхозные темы. При внимательном знакомстве с этим изданием мы обнаруживаем многочисленные пометы на полях и в тексте и карандашные записи на форзаце книги.

Говоря об интересе Зощенко к конкретным писателям, отметим, что в его библиотеке есть книги о А. Чехове, А. Толстом, А. Блоке, Н. Некрасове, Ф. Достоевском, Г. Успенском. Но, конечно, больше всего книг о Н. Гоголе. Михаил Михайлович безмерно уважал Николая Васильевича Гоголя. Он был близок ему своим видением. Зощенко довольно рано начали сравнивать с Гоголем, и сам он внимательно изучил не только произведения любимого писателя, но и биографию. Михаил Михайлович с особой тщательностью прочитывал письма Гоголя к матери, Погодину, Плетневу и другим современникам, подробно изучая и анализируя записи врачей, общавшихся с Гоголем и лечившим его, многие другие документы. В литературе и в жизни Михаил Зощенко видел схожесть свою и Гоголя, традиции творчества которого унаследовал и развивал.

Вениамин Каверин отмечал: «Утверждая, что «все мы вышли из гоголевской „Шинели“», Достоевский ошибся даже по отношению к своим современникам. И все же, если исключить всеобщность этих слов, они наметили ту традицию в истории русской литературы, которая в XX веке привела к знаменательному появлению Зощенко. Именно он написал нового «маленького человека», духовный мир которого ограничен самым фактом его существования. Для Гоголя и Зощенко литература в конечном счете была единственным средством самопознания, и если бы в руке оказалось не перо, а резец скульптора или кисть художника — ничего бы не изменилось. Для обоих это было явлением, возникшим на заре творчества, развивавшимся в поисках самого себя, то отступавшим, то наступавшим и в конце концов определившимся как главная черта их духовного мира. Литература сама по себе, не связанная с безотвязным стремлением понять себя, для них почти не существовала».

Одна из интереснейших частей библиотеки – книги по психологии, физиологии, медицине. Их несколько десятков. Все они хранят следы самого подробного изучения. Вполне возможным представляется проследить, под влиянием каких конкретно авторов складывались представления Зощенко, высказанные им и в «Возвращенной молодости», и в «Перед восходом солнца».

Творчество Л. Н. Толстого, А. А. Блока, Ф.М. Достоевского, Н. В. Гоголя было созвучно мыслям Зощенко.

Книги «Перед восходом солнца» и «Рассказы о Лёле и Миньке» во многом автобиографичны, это переживания собственной жизни.

Близкий автору персонаж-рассказчик появляется и в некоторых рассказах, например, «Как я пошел сражаться за Советскую власть».

– Для собрания «Рассказов о Леле и Миньке» Зощенко привлек собственные воспоминания детства. На это указывает и само заглавие «Леля и Минька» (это его старшая сестра и он сам). Цикл рассказов написан от первого лица, автор описывает характерные черты детства и жизни семьи, часто упоминает собственную деятельность. Книга повествует о самых обыкновенных шалостях и переживаниях детства, прошедшего на рубеже веков.

– Повесть «Перед восходом солнца» построена как поиск героем в прошлом ключей к своим сегодняшних страданиям. В задачи автора входил обзор всей его жизни. В книге он рассказывает даже о раннем детстве и событиях, которые произвели огромное впечатление на маленького человека и остались в памяти писателя. Зощенко ищет причины своего угнетенного состояния, акцентируя внимание на жизненных ситуациях, которые, по его мнению, повлияли на формирование его психики.

На формирование личности М. М. Зощенко в детские и юношеские годы оказывали влияние самые разные факторы, и в первую очередь книги из домашней библиотеки, приобретенные родителями писателя, а позже им самим.

В собрании музея есть книги, которые будущий писатель, по всей видимости, читал еще в детстве – среди них, например, «Былины. Пособие при изучении русской литературы», Л. Чарская «Княжна Джаваха».

Особо стоит отметить тех авторов, о значении которых для Зощенко мы знаем из его же произведений. Например, это три книги С. Пшибышевского: «Поэмы», «Обручение», «Пляска любви и смерти».

В молодости он был увлечен философией Ницше, читал сказки Оскара Уайльда и пытался писать подражательные тексты в неоромантическом ключе. Вера Владимировна, супруга писателя, вспоминала, что зима 1918 года прошла для Зощенко «под знаком Ницше». В 1920 г. он пишет ей: «Посылаю тебе две любимейшие мои книги, – конечно, Блок и, конечно, Ницше».

Из поэтов-современников наиболее сильное влияние на Зощенко оказали Блок и Маяковский – «Он жил литературой и постоянно вбирал в себя ее нашумевшие и просто заметные явления. А Блок и Маяковский особенно повлияли в это время также на формирование его мировоззрения» – отмечает В. В. Зощенко.

Совершенно особый случай связан с поэмой Блока «Двенадцать». Как известно, в августе 1919 года Зощенко знакомится с А. Блоком, чьей поэзией восхищался с юных лет. Тогда же он по просьбе Чуковского работает над статьей о его творчестве «Конец рыцаря Печального Образа» и читает ее перед участниками Студии при издательстве «Всемирная литература». Справедливо отмечает Ю. В. Томашевский: «Обращение Зощенко к теме Блока нельзя объяснить случайностью <...> для Зощенко Блок, его образ, воззрения, миропонимание, созданное его гением искусство, были той питательной средой, <...> без которой не раскрылся бы в известной нам мере зощенковский талант мыслителя и критика».

Материал для рубрики подготовлен совместно с Государственным литературным музеем «XX век».