Гортензия

Новая книга издательства «Эксмо» – «Гортензия» французского писателя и журналиста Жака Экспера. Шокирующий психологический триллер, пробирающий до мурашек – напряженное повествование, зашкаливающие эмоции и абсолютно непредсказуемый финал, который предугадать невозможно. Дочь Софии по имени Гортензия была похищена двадцать лет назад, но женщина до сих пор не может оправиться от постигшего ее горя. Единственный человек, кто поддерживал ее все эти годы, – ее подруга. Но вот однажды София встречает официантку, которая поразительно похожа на пропавшего ребенка. Девушка никогда не знала мамы и живет с отцом. Женщина уверена – это ее дочь, и она во что бы то ни стало вернет себе потерянное, пусть и ценой чьей-то жизни.

К счастью, мама с первых же дней приняла мою сторону. Она настояла на том, что будет присутствовать при родах.

– Если этот негодяй тебя покинул, то уж семья всегда будет с тобой, дорогая! – заверила она

меня.

Я никогда не посвящала маму в детали того, как развивались наши отношения с Сильвеном, и мне удалось ее в конце концов убедить, что я нисколько не нуждаюсь в этом подонке и стану прекрасной матерью для моей Гортензии.

– Такой же, как ты была для меня, – заключила я, чтобы сделать ей приятное, а заодно положить конец разговору.

– Ну что ж, тогда я очень счастлива, – вздохнула она.

Отец, как всегда в таких случаях, был категоричен:

– Пусть только попробует сюда явиться! – заявил он и с тех пор не произносил имени Сильвена, называя его исключительно «дерьмом», «паразитом» и «сволочью».

А ведь Сильвен с самой первой встречи с моей семьей завоевал ее расположение. Мать, отец, братья с их женами – все были от него без ума. Он очаровал их всех, и эта мгновенная и взаимная приязнь – ну, я оказалась полной идиоткой, что тут скажешь, – наполняла мое сердце несказанным счастьем. Никто не осмеливался спросить, во всяком случае у меня, каким образом мне удалось заполучить такого парня, но я уверена, что этот вопрос задавал себе каждый. Когда я им объявила, что на Рождество приведу друга, все они рассчитывали увидеть некую посредственность, бесцветного типа, которого мне удалось подцепить среди министерских коллег. Я же предстала перед ними с великолепным образчиком мужчины, «необычайно, необычайно симпатичным». В присутствии моих родственников он то и дело осыпал меня поцелуйчиками, проявлял нежную заботу, постоянно шутил, был предупредителен и внимателен к остальным гостям. У меня такое поведение Сильвена сразу должно было вызвать подозрения, так как наедине со мной проявления привязанности день ото дня становились все более редкими. Но могла ли я в чем-то сомневаться, если гордость от обладания им делала меня слепой? Я считала, что справедливость восторжествовала и мне воздалось сторицей за годы страданий, когда все считали меня жалкой уродиной, неспособной заинтересовать кого бы то ни было. Блистательное присутствие Сильвена рядом со мной доказывало, что я была достойна гораздо большего, чем они полагали.

После исчезновения Сильвена из моей жизни вопрос о нем больше никогда не стоял. Малышка Гортензия росла чудесным ребенком, до краев заполнив мое существование.

Восхитительная девчушка, другого и не скажешь. Изящные черты, голубые глазки, сияющая улыбка. К моему огорчению, она все больше и больше походила на своего «прародителя», да, именно так я его называла, никогда не употребляя слова «отец». Когда же при мне произносили имя «Сильвен», к горлу всегда подкатывала тошнота. Увы, я смогла передать дочери только соломенно-белокурый цвет волос.

Однажды мама воскликнула:

– Боже, да она просто вылитый Сильвен!

Моя реакция была ужасной:

– Никогда не произносите его имя при мне, и главное – при ней! Дочь принадлежит только мне, мне одной! У нее нет отца, ее отец умер, его никогда не существовало.

– Но ведь придет день, когда ей нужно будет узнать... – пробовала возразить мама.

И тогда я зарычала ей в лицо, как разъяренная тигрица:

– Это касается только меня, но уж никак не тебя! – Я была настолько разгневана, что, продолжай она в том же духе, дала бы ей пощечину.