Прерванная жизнь

Когда в 1967 году Сюзанна Кейсен наглоталась таблеток, ей промыли желудок и отправили в психиатрическую лечебницу. На тот момент ей было 18 лет, и последующие полтора года она провела в клинике. Позже она написала автобиографический роман «Прерванная жизнь», экранизация которого с Вайноной Райдер и Анджелиной Джоли вышла в 1999 году и принесла книге невероятную популярность.

Примечательно, как показан мир сумасшедших в романе. Сюзанна Кейсен описывает будни психиатрической больницы МакЛин, которая считается лучшей больницей подобного направления в США. Там находится Гарвардский ресурсный центр мозговой ткани — самый большой «банк мозга» на планете. В больнице МакЛин в разное время проходили лечение актер озвучки Билли Уэст (его голосами говорят Вуди Вудпекер и Фрай из «Футурамы»), математик и Лауреат Нобелевской премии по экономике 1994 года Джон Нэш (да, тот самый, которого сыграл Рассел Кроу в фильме «Игры разума»), эстрадный певец Рэй Чарльз, фолк-музыкант Джеймс Тейлор, поэтесса, писательница и лауреат Пулитцеровской премии (посмертно) Сильвия Плат, писатель Дэвид Фостер Уоллес, поэтесса и писательница Энн Секстон и другие.

Сюзанна говорит о том, что она пребывала в больнице в то же время, что и Сильвия Плат. Это анахронизм — в 1967 году Сильвия уже была мертва. Как многим известно, лечение ей не помогло, и она покончила с собой. В связи с этим сразу возникает вопрос, которым задается и Сюзанна в своем тексте, объединяя себя с великой поэтессой в слово «пациентки» — насколько сумасшествие распространено и как вообще понять, что человек сумасшедший, когда даже великие умы человечества находились в психушке по разным причинам.

И вслед за этим звучит еще один важный вопрос — насколько вообще было эффективно лечение в то время. Писательница нанимает адвокатов, чтобы те достали ее медицинскую карту из МакЛин, и комментирует в романе «Прерванная жизнь» свой диагноз, поставленный врачами. Согласно отчетам у нее диагностировали «пограничное расстройство личности», но поскольку врачи постоянно менялись, таблетки прописывали разные, Сюзанна силится и никак не может понять, что же ей помогло выйти из психбольницы. В 60-е лечили и от гомосексуализма, впоследствии главу про гомосексуализм убрали из учебников психиатрии. «Но, возможно, лет через двадцать пять в подобного рода пособиях не будет следа и от моего случая» — рассуждает Сюзанна Кейсен.

Действительно, нет никаких прямых доказательств того, что героиня вылечилась благодаря больнице МакЛин. Как ни странно, ей помогло то, что у нее сначала отняли свободу, а потом постепенно вернули — ей добавляли привилегии в виде самостоятельных прогулок до соседнего корпуса, а после и по городу. Сюзанна смогла выговорить свою боль и почувствовать себя не сумасшедшей — в этом ей помогли и некоторые медсестры, и студентки-практикантки, и даже пациентки психушки.

Еще для понимания сумасшествия важно само построение романа. Произведение делится на короткие главы, которые восстанавливают события не по порядку. В тексте главная героиня, то есть сама Сюзанна, постоянно зациклена на времени, ей важно знать, куда исчезли минуты, которые она забыла. Поэтому сам роман становится как бы исцелением для нее. Она вспоминает, пишет и через текст возвращает себе контроль над своими мыслями. Вместе с тем текст отображает нормальное человеческое мышление и человеческую память — наши воспоминания никогда не бывают линейны, мы вспоминаем обрывками, частями, колеблясь во времени, свободно перемещаясь между разными годами, месяцами, днями. То есть, по сути, подобный роман мог бы написать абсолютно любой человек, не лежавший в психушке.

Роман «Прерванная жизнь» — это искреннее свидетельство того, как легко и просто любой человек может оказаться в психиатрической больнице. Ирония текста заключается в том, что эта психиатрическая больница держит в своих стенах сумасшедших, в то время как сумасшествия происходят во всем мире — демонстрации, убийства, войны. Здесь нет рецепта нормального поведения, как нет и лекарства от спутанных мыслей, депрессии или одиночества. Это просто история, личный опыт человека, побывавшего в месте, где бы мог оказаться абсолютно любой из нас.