Призраки прошлого Дэниела Салливана
Дэниел Салливан, с которым нас на первой же странице романа «Там, где тебя ждут» знакомит Мэгги О’Фаррелл, — мужчина в самом расцвете сил. Прожил полвека, был дважды женат, имеет детей и любимую работу. Живет в ирландской глуши. Далее — нюансы.
Много лет назад бывшая изменила ему с коллегой, а потом отсудила детей, которые живут теперь на другом конце мира. Жена Дэниела — красивая, но крайне эксцентричная француженка, бывшая кинозвезда. Любовный пыл их не иссяк, несмотря на совместный быт вдали от любопытных глаз (у черта на рогах) и троих детей. Преподает языкознание в университете. Терпеть не может своего отца, и это чувство взаимно. Однако, уступив уговорам сестер, собирается полететь к нему на 90-летний юбилей. Впрочем, о своем слабоволии быстро жалеет.
«Сидя в ожидании моего семейства за рулем машины, я внушал себе, что этот чертов визит – первый после пяти лет – не являлся причиной для стресса, или для нервного подергивания века, или для жажды курева. Все это не имело ничего общего с чертовым визитом, совершенно ничего. Просто я стал слегка нервным. Только и всего. Я поеду в Бруклин, навещу старика, буду ханжески вежлив и тактичен, пойду на юбилейную вечеринку, вручу подарок к дню рождения, купленный и запакованный моей женой, поболтаю с племянницами и племянниками, я выдержу требуемое число дней... а потом свалю оттуда с огромным удовольствием».
Нервничая в машине, Дэниел крутил ручку радиоприемника, а делать этого не стоило. В передаче о гендерном равенстве он слышит голос, который узнаёт с двух нот: это Николь Дженкс, его бывшая возлюбленная, оставившая глубокий шрам на сердце. Несколькими секундами позже он узнаёт, что запись эта была сделана незадолго до смерти Николь, в 1986 году. Жизнь Дэниела начинает расползаться по швам.
«Четыре цифры этой биографии режут мне глаза, точно холодная сталь. Год ее смерти, увы – 1986й, – кажется одновременно опустошительным и неизбежным. «Конечно, – подумал я, – конечно, это случилось именно тогда». И вдруг я осознал, что уже предчувствовал, даже знал это. Возможно, знал давно».
Дэниел понимает, что Николь умерла тогда, когда он оставил ее, улетев по семейной надобности, — и когда оставлять ее было нельзя. Чувство вины оглушает Дэниела, а вместе с тем возрождается к жизни тщательно забытое прошлое. Всё рушится — не только предстоящая поездка, гори она огнем, но и семья, и сама жизнь. Чтобы отстроить все заново, ему придется выйти из лабиринта жизни живым, а в этом и состоит главная трудность...
