Скандинавские сказки

Скандинавские сказки в России всегда любили. И народные сказания, и авторские волшебные истории. Все эти эльфы, тролли, гномы, великаны, колдуны оказали большое влияние на творчество русских писателей. Возможно, эти сказки так близки нам потому, что фольклор северных народов во многом схож с нашим: схожи отношение к жизни, народная мудрость, предания и легенды.

В издательстве «Нигма» вышел сборник «Скандинавские сказки», с помощью которого можно составить наиболее полное представление об этом пласте мировой литературы. В книгу вошли авторские и народные сказки Дании, Норвегии, Швеции, Финляндии, а также очень редкие исландские народные сказки.

Это подарочное издание с иллюстрациями художника Сергея Викторовича Любаева. Обложка книги очень приятна на ощупь, она покрыта бархатистой матовой ламинацией, яркие элементы обложки декорированы золотистой фольгой.

Датская народная сказка «Ханс и Грете»

в переводе и обработке Л. Брауде

На краю деревни, у околицы стоял одинокий покосившийся домишко. Жили там муж и жена со своей единственной дочерью, а звали её Грете. Жили они в большой бедности, хоть и трудились с утра до вечера.

Грете была девушкой работящей и красивой. Одно нехорошо: не умела она держать язык за зубами. Болтала без умолку, что надо и что не надо. Да и то сказать: у отца её с матерью тоже язык без костей был.

В той же деревне была богатая усадьба, и жил в ней молодой красивый парень Ханс. Отец его умер и отказал всё своё добро сыну. Жил Ханс с матерью; старушка домовничала, а Ханс всю мужскую работу в усадьбе справлял. Шёл Хансу двадцатый год, и жениха богаче его во всём приходе не было. А уж пригож был Ханс! Первый на всю округу красавец!

И не мудрено, что девушки по нему сохли. Грете, бывало, тоже на него заглядывалась.

Как-то утром, только рассвело, приходит Ханс на поварню, где стряпала Грете, и говорит:

— Послушай-ка, голубушка Грете! Девушка ты скромная, добрая, и очень мне по душе пришлась. Надумал я взять тебя в жёны. Только гляди, до поры до времени никому про то не сказывай.

Боялся Ханс: не проведала бы мать раньше срока, что задумал он сватать девушку из бедных. Хотелось ей невестку побогаче да познатнее. Вот и просил Ханс, чтоб Грете помолчала.

— Спасибо тебе, — отвечает Грете, — уж я-то не проболтаюсь.

Ушёл он, а Грете опять взялась за стряпню — молочный кисель к завтраку готовила. Засыпала она в горшок пригоршню-другую муки, развела молоком... Стряпает Грете, а у самой только Ханс на уме. Вот и всыпала она невзначай золу в кисель вместо сахару. Помешивает Грете кисель уполовником, а сама от счастья будто солнышко сияет.

Мать ждала-ждала завтрака, не дождалась и пошла поглядеть, чего это дочка так на кухне замешкалась. Вошла она в кухню, увидела дочкину стряпню да как закричит:

— Ты что это, Грете, делаешь? Для чего золу в кисель сыплешь?

— Ох, матушка, — отвечает Грете, — я от радости себя не помню.

— Чему ж ты так обрадовалась? — спрашивает мать.

— Был тут Ханс, сказал, что возьмёт меня в жёны, да только с уговором: молчать про то до поры до времени.

— Ну, уж мы-то не проболтаемся, — говорит мать. — Вот счастье привалило!

Стала она сама кисель уполовником мешать и вовсе горшок опрокинула.

И отец ждал-ждал завтрака, не дождался и пошёл поглядеть, чего это дочка с матерью на кухне замешкались. Входит он в кухню и видит: горшок опрокинут, а кисель весь по столу разлился.

— Что это вы тут настряпали? — спрашивает хозяин.

— Ох, батюшка, мы от радости себя не помним! — в один голос отвечают мать с дочерью.

— Чему ж вы так обрадовались? — спрашивает отец.

— Был тут Ханс, сказал, что возьмёт Грете в жёны, да только с уговором: молчать про то до поры до времени.

— Ну, за этим дело не станет! — говорит хозяин.

На радостях он и про завтрак забыл. Вышел во двор и давай коней своих задом наперёд в телегу впрягать. А мимо как раз Ханс проходил. Увидал он, что хозяин выделывает, и дивится:

— Ты зачем коней мордой к телеге ставишь?

— Ох, Ханс, — отвечает отец, — я от радости себя не помню.

— Чему ж ты обрадовался? — спрашивает Ханс.

— Как чему? Ты ведь сказал, что хочешь взять нашу дочку в жёны? — удивился и хозяин.

Разозлился тут Ханс и говорит:

— Да, хотел, а теперь свои слова назад беру. Не сумела она держать язык за зубами, пусть на себя пеняет.

Пошёл Ханс своей дорогой, а Грете ни с чем осталась.

С той поры Ханс к ней и носу не казал.

И вот дошёл однажды до Грете слух, будто посватался Ханс к дочке богатого хуторянина и в воскресенье будет оглашение в церкви. В воскресенье Грете говорит матери:

— Схожу-ка я нынче в церковь, перекинусь словечком с моим суженым.

Вошёл Ханс со своей невестой в церковь, а Грете улучила время, отозвала его в сторону и шепчет:

— Хоть и покинул ты меня, а я тебя из сердца не выкинула.

Видит невеста, что какая-то девушка с её женихом шепчется, и ну Ханса выспрашивать:

— Кто да что? И чего это она тебе на ухо шептала?

— Да одна тут, — отвечает Ханс, — обещался я взять её в жёны, коли она про то до поры до времени не проболтается, а она не сумела держать язык за зубами.

— Слыханное ли дело? — усмехнулась невеста. — Неужто она помолчать не сумела! Кто её за язык тянул? Я семерых женихов обманула и никогда ни одной живой душе ни единым словом про это не обмолвилась. Вот только сейчас ненароком с языка слетело.

Как услыхал такие слова Ханс, как пустится бежать! Только невеста его и видела.

Рассудил потом Ханс: «Всё же Грете — девушка скромная и работящая».

Поженились Ханс с Грете и жили долго и счастливо.

И теперь ещё живут, коли не умерли.