#свежак: «Центральная станция» Леви Тидхара
«Центральная станция» — первый опубликованный в России роман фантаста Леви Тидхара, который на Западе уже стал настоящей звездой и удостоился множества престижных премий. Роман рассказывает о людях, киборгах, роботах и таких странных существах, как информационные вампиры, чьи судьбы причудливым образом переплетаются в Тель-Авиве будущего.
О книге хорошо отозвались Питер Уоттс, Кен Лю, Гарднер Дозуа, Уоррен Эллис и другие маститые фантасты. Предлагаем вам прочитать фрагмент книги!
«Ночь в Полипорте на Титане. За пределами купола багряное воюет с алым — грянула буря. Внутри самого Полифем-порта воздух горяч и влажен. Кармель бродит узкими переулками, избегая входов в подземелья: охотится на тени. Пища на Титане разбросана маленькими порциями. Местные сети забиты наглухо, сигналы распыляются, дрейфующие в околосолнечном пространстве вереницы хабов их, разумеется, ловят, но на месте они совсем слабые. Так или иначе, Кармель нужно что-нибудь куда ближе. И сокровеннее. Полипорт выстроен из грубого камня, здесь повсюду иная флора, толстые плющи обвивают постройки в один-два этажа. Кармель сбежала сюда, застопив торговый кораблик, что летел через Пояс к Внешней системе. Тогда-то с ней и приключилась эта пакость. Стригами не рождаются. Старый и грязный кораблик «Захудалый Спаситель»: в милю длиной, из скалы и стали, транссолнечный транспорт, выдолбленный несколько веков назад в космическом булыжнике на марсианской орбите, корпус обезображен бесчисленными ударами, в коридорах властвует сырость, то и дело вырубается электричество, перерабатываемый воздух протух, сады с гидропоникой поддерживаются кое-как. В чреве корабля цветут буйным цветом джунгли. Древние сервиторы пытаются сдерживать их рост, но тщетно. Еще на борту есть крысы, земные зверьки, распространившиеся повсюду, и огненные муравьи, крошечные организмы, укусы которых горят огнем и не поддаются лечению. Груз здесь отовсюду. В космосе груз – сам себе религия. Груз берут на Земле, поднимают на орбиту, в массивный хабитат под названием Врата. Груз берут в Лунопорте, его берут в Поясе, на Церере и Весте, где сосредоточено астероидное богатство. Груз берут в Тунъюнь-Сити и на прочей территории Марса: поставки с внутренних планет на внешние. До этого длинного космического перелета все шло неплохо. После Пояса, сделав несколько остановок на ничем не примечательных кольцах и в таких же хабитатах, корабль отправился в долгое странствие к лунам Юпитера, а оттуда – в еще более длительное путешествие к второму газовому гиганту, Сатурну. Когда прибыли на Ганимед, Кармель побоялась выходить наружу: Галилейские Республики иммигрантов не жаловали, а она уже заразилась. С корабля ее выпнули только на Титане. На «Захудалый Спаситель» она напросилась сама. Места хватало, член экипажа, который взял ее на борт, вел себя пристойно, он был марсианский Перерожденный, четырехрукий на манер последователей Пути, и обращения в свою веру не требовал. Звали его Моисей. Она привыкла к его запаху – масло, земля, пот, – к его мягкому голосу и доброте. В плане секса он был невзыскателен. В основном она шаталась по кораблю, изучала лабиринт коридоров, блуждала по гидропонным джунглям. После детства в Поясе корабль казался неимоверным: целый замкнутый мир. Напали на Кармель неожиданно, во время длинного перелета. У Кармель, естественнно, имелся нод. Фоновый гул Разговора сопровождал ее, куда бы она ни пошла. Как и многие в ее возрасте, она экспериментировала с мнемонизмом, однако обнаружила, что ценит приватность, да и постоянный фид ее жизни интересовал, кажется, немногих. Как и многие в ее возрасте, она в какой-то момент нырнула с головой в игромиры и поработала офицером развлекательной связи на лунной базе во вселенной Гильдий Ашкелона, обменивая то, что зарабатывала в игромирье, на валюту вселенной-1. В ГиАш немало инопланетных видов, и роль офицера развлекательной связи может быть, несмотря на приобретаемый опыт, утомительной. Если оставить все это за скобками, нод Кармель и порождаемое им сетевое волокно росли только за счет обычной инфы, увеличившись суммарно хорошо если на пару эксабайт. И вот все изменилось. Кармель шла по служебному коридору. Его, кажется, давно не использовали. Здесь прохладнее, в воздухе неподвижно висит пыль. Темнота; лампа впереди сломана, загорается и гаснет, будто передает секретное сообщение. Из двери, которой не было, к Кармель шагнула женщина. Стена открылась, будто разошлись ячейки паутины, гладкий металл раздвинулся, как бамбуковая занавеска. Женщина виделась Кармель словно сквозь дымку. Маленькая, худенькая. Меньше Кармель. Никакой угрозы. Она произнесла: «Шамбло». Голос – равно испуганный и пугающий. Слово вонзилось в сознание Кармель, в ее нод. Оно распространялось, подобно вирусу. Разбилось на фрагменты, те мутировали и спаривались, множились, росли, делились, распространялись, проникали в ее нод, в ее проводку, в ее разум. Кармель приросла к полу. Почему-то она не могла шевельнуться. Женщина подошла совсем близко. Обняла. Коснулась ртом шеи. Укусила. Не больно. Сначала холодно, потом тепло. Кармель пошатнулась. Женщина удержала ее, не давая упасть, и мягко уложила на пол. Встала рядом на колени и снова впилась в шею. Ужасное, пьянящее чувство. Женщина будто натянула на голову Кармель эмпоратор «Луи У», слабым током стимулирующий центры удовольствия и высвобождающий огромные дозы допамина. Кармель застыла в экстазе, а женщина пожирала ее сознание, ее инфу, все самые секретные личные тривиальные воспоминания, вроде того, как... В шахтерском корабле рядом с отцом, тот на минуту дает Кармель порулить... В Ботанических садах Цереры, восхищаясь цветами, разве может быть столько... В телевизоре – серия «Цепей сборки», Джонни Новум целует Бурю Стаканову-Джонс, в то время как граф Виктор, таясь, взирает с ненавистью... Первый сексуальный опыт с ровесником в «море», так они называли соленое озеро на родном мирке, на астероиде Нг. Мерурун, кончики пальцев мальчика давят на грудь, незнакомый жар внутри... И в Гильдиях Ашкелона, принимая первого инопланетянина, выбирая абстрактный аватар для гостя, посла могущественной гильдии Галактического Севера, инсектоидное создание, вцепившееся в нее клещами, точно испуганный мальчик ее возраста, и Кармель ведет его, и ощущает свою над ним власть... Пытаясь научиться играть на гитаре, безрезультатно... Плавая в невесомости шахтерского корабля, напевая популярную в том году песню Сиван Шошаним... Готовя обед для семьи на кухоньке по соседству с комнатами в конце длинного коридора длинного дома, предстоит редкое пиршество, сестра родила первенца, забили свинью... Стрига. Слово пузырем вздулось в парализованном сознании. Кармель теряла память, теряла самоё себя, ее омывает наслаждение, невыносимый экстаз от прикосновений женщины, ее мозг подчиняется электричеству, ее нод взломан, ее инфа высасывается этой... этой тварью с древним, страшным именем, которое однажды произнесла сестра, а мать рассердилась и велела ей замолчать...»
