«Весь этот свет»: десять цитат

1. Порой вы просто знаете, что все вот-вот пойдет наперекосяк. Судьба подает разные знаки: идет дождь; хлеб покрылся плесенью, а молоко купить вы забыли; машина не заводится, несмотря на то, что вы заплатили семьсот баксов механику, не способному оправдать доверие.

2. – Это сообщение для того, кто самовольно заселился в квартиру Мины Морган. Если вы вызовете служащих похоронного бюро, чтобы они доставили ее останки родственникам, мы будем очень благодарны.

<...>

– Если же она еще жива, возможно, вам удастся у нее выяснить, почему вот уже четыре недели ей не хватает элементарного приличия позвонить домой.

3. Легко быть хорошим, если рано умереть. Спросите у любого святого.

4. Грейс так старалась издавать вежливые звуки в нужных местах, что почти не обращала внимания на маршрут, поэтому лабиринт коридоров так и остался для нее загадкой.

5. Она была хорошей английско-бангладешской девочкой. Ну, как я понимала. Она так мало говорила, что, вынуждена признать, я понятия не имела, какая она на самом деле. В свободное время она вполне могла быть буйной наркозависимой нимфоманкой.

6. Я хотела быть хорошей. Налаживать баланс. Если вас спрашивают, чем вы занимаетесь, а вы отвечаете, что вы врач, помогающий диагностировать и лечить рак, вам нужно быть хорошим. Нужно.

7. Маме и папе предопределено было встретиться. По словам Пат, мама описывала это как удивительный любовный роман. Очень короткую, но великую страсть. Всеобъемлющую, как в фильмах, ни дать ни взять уэльская Касабланка. Мама придумала такую прекрасную историю, что, когда я услышала ее от Пат, она показалась мне сказкой.

8. Грейс понимала, что не особенно разбирается в мужчинах, и весь ее опыт по этой части можно описать на задней стороне почтовой марки, но кое-что все-таки смыслила. Он играл с ней, и чем больше она пугалась, тем сильнее ему это нравилось.

9. Птиц, которых на самом деле не было, я начала видеть еще в детстве, но в подростковом возрасте галлюцинации понемногу перестали меня посещать. Потом я открыла для себя бурбон и секс, что, конечно, не могло меня не отвлечь, и к восемнадцати годам, уехав из дома и поступив в университет в Англии, я уже совсем отвыкла от этих птиц.

10. В ту же ночь я проснулась в ужасе, в ледяном поту. Все мое тело было напряжено. Когда мы жили вместе с Джером, он порой просыпался в таком состоянии. Я почувствовала всей кожей – случилось что-то страшное. Лицо промокло от слез – я плакала во сне. Горло распухло, охрипло.