Американский психопат

Кристина Каркусова

наверное, после этой книги нужен сеанс психотерапии это было сильно, мерзко и тяжело. к сожалению, о первом пункте из-за преимущества двух последних ты порой забываешь я читала книгу, периодически закрывая и убеждая себя, что нужно вернутся, чтобы увидеть конец. мне было противно читать половину сцен, меня физически тошнило от обилия брендов, меня пугали мысли и поступки этого человека тешу себя надеждами, что половина из произошедшего - вымысел его больной головы. иначе в этом мире жить еще тяжелее, понимая, что эта история вполне способна быть чьей-то жизнью

Олег Ш-н

Тяжело читается, не в плане текста, а в плане восприятия того, что описано в романе, если сравнить с прозой Достоевского, там есть преступление и есть наказание, здесь же история а-ля Джокер, без концовки, ультранасилие, жестокие сцены, и все подается с серьезной миной, если это был бы комикс, еще куда ни шло, но в рамках литературной формы ‘роман’ удручающее впечатление производит (мое субъективное мнение).

Дарья Печерица

Книга, которую очень сложно оценить по обычной шкале и сейчас объясню почему. Обилие брендов в тексте многим даётся тяжело. В книге огромное количество насилия. Здесь и убийства, и расчленения, и довольно странные практики. Повествование ведётся от лица ненадеждого рассказчика. В какой-то момент мы начинаем сомневаться в реальности происходящего, и даже финал не дает ответа на вопрос что было настоящим, а что лишь вымысел. Додумать и решить нужно самостоятельно. Вместе с героем мы проживаем множество событий, как обыденных, так и самых сокровенных, ищем смысл жизни и пытаемся хоть за что-то в ней уцепиться. Не могу советовать это произведение всем, эта не та книга, которая вызовет восторг у большинства.

Никита Пшилль

Я не претендую на какие-либо точные знания психопатии, потому что она для меня скорее хобби. Я почитываю книжки по криминалистике и профалингу, время от времени возвращаюсь к трудам Роберта Хаэра, добрым словом поминаю Дугласа, пытаюсь искать что-то документальное и новое. На мой взгляд среди художественной литературы Американский Психопат показывает внутренний мир серийного убийцы, страдающего антисоциальным расстройством личности, ЧРЕЗВЫЧАЙНО точно. Это, во-первых, грубо говоря, недочеловек в нашем эмпатическом понимании. Он ломаный как машина. Это тенденция к саморазрушению, самооправданию. Поверхностный взгляд на себя и на мир, и при этом крайняя эгоцентричность. Это животная, невероятная, изощренная жестокость по отношению к другим, которая является ответом на пустоту внутри, там, где у других людей фундамент в виде человеческих привязанностей. Все это есть в Патрике Бейтмане, человеке-меме, человеке-убийце. Ну эта книга просто меня разодрала. Она ужасно интересная и, мне кажется, даже познавательная, если не увлекаться. Каждая крайность, в которую впадает Бейтман, нужна здесь для того, чтобы показать, насколько он несчастен как человек. Каждое его убийство - это крик-демонстрация того шума, который царит у него внутри. Помню, что очень неоднозначный отклик вызвала эта книга, так как многие обвиняют автора в мизогинии. Настоящие мизогины - это люди с психопатией, которые делают вот такое с реальными женщинами каждый день где-то в мире. Однако автор, который так глубоко вошел в его голову... ну, невиновен, пока не доказано обратное.

Дамир Ильясов

Вначале книга вызывает один-единственный вопрос: а где здесь, собственно, американский психопат? Сплошные перечисления брендов, модных треков, имен знаменитостей (упоминается в том числе Дональд Трамп). Но примерно к сотой странице понимаешь, что это и есть внутренний мир Патрика Бэйтмана: он одержим модными вещами, и люди для него тоже нечто вроде вещей, которые можно купить, использовать и выбросить. Только тогда становится ясно, насколько искажена его система ценностей, в которой нет место добру и морали, только желание самоутвердиться в мире мертвых бездушных вещей. Совершая преступления, Патрик даже любуется собой, чувствует себя хозяином жизни. Конечно, подобные ему есть в реальности, но всё же автор явно преувеличивает, создавая портрет существа, чуждого любой самокритике. Издание от "Азбуки" продается в пленке, и это вполне оправданно: содержание только для читателей с крепкими нервами.