Холодная рука в моей руке

Алексей Кириленко

Довольно разнообразная коллекция рассказов. Эйкман сам признается, что его проза весьма специфична, и я с ним соглашусь. Только два рассказа из этого тома действительно привлекли мое внимание, и это были «Niemandswasser» и «Смотритель часов», оба они прекрасно написаны и глубоко атмосферны. Возможно, по совпадению, они касаются немецкой тематики. Я никогда особо не задумывался о том, что иностранное общество может восприниматься другим обществом как чуждое. И именно взгляд персонажей в этих рассказах помог мне осознать это. Что мне нравится в Эйкмане, так это то, что его мир и, возможно, наш, настолько полон теней, что невозможно осмотреть и пролить свет на каждую из них. Ни у одного из его рассказов нет надлежащего окончания, есть бесчисленное множество зависших сюжетных нитей, что либо ценится читателем, либо вызывает раздражение. Есть истории автора, которые я люблю, и те, которые не воспринимаю. Он, несомненно, выдающийся автор, но в этой книге он не полностью проявил свое мастерство по моему скромному мнению.

Михаил Москалев

Это сборник из восьми рассказов, и все они довольно необычные. Не могу все похвалить их из-за странной концовки. Они тревожные, анафемские и психоделические. Чего в них нет, так это внезапных пугающих моментов, кровопролития, расчлененки и конкретной угрозы. Иногда даже к концу рассказа не понятно, что вообще произошло, поэтому эта книга не для тех, кто ценит конкретику. Но если нравятся истории, вызывающее чувство страха или дезориентации, то они точно для вас. Однако мне они показались невероятно сухим и иногда пресным. Поскольку они были написаны очень давно, еще в 70-х, то многие вещи к настоящему времени настолько устарели, что потеряли всякую значимость, и я не смог по-настоящему оценить их весомость в контексте. И последний минус, замеченный мною, в том, что у многих персонажей Эйкмана либо фобия кастрации, либо нездоровая тяга к своему полу, либо слишком выраженная гомофобия. На самом деле это не отвлекает, скорее раздражает однотипностью. Перечитывать его я не буду, но в качестве ознакомления с прозой писателя подойдет в самый раз.

Светлана Балушкина

Рассказы Роберта Эйкмана больше выстроены не на логическом построении истории, а больше на самих ее персонажах, сталкивающихся с нелепыми, сюрреалистическими и необъяснимыми событиями, не имеющими к ним отношения, но отражающими их собственные внутренние конфликты. Эти события, обычно едва заметные, накапливаются в повествовании, так что к финалу возникает своего рода эманация смысла, хотя не всегда понятного. Это отсутствие какого-либо завершения оставляют в подвешенном состоянии, оставляя читателя дофантазировать ее самому, и, по иронии судьбы, делает истории более запоминающимися. Автор использует сверхъестественное не ради него самого, а для исследования психологических и бессознательных глубин, в то же время не отвергая, не рационализируя и не подтверждая фантастические вторжения. И он достигает всего этого с помощью повествовательной презентации, которая является обыденной, бессвязной и косвенной, часто рассказываемой суетливыми персонажами, потрясенными своими привилегированными и комфортными рутинами. Хотя я находила некоторое сходство с такими писателями, как Кафка, Бруно Шульц и Жан Рэй, Эйкман абсолютно уникален.

Дмитрий Калашников

Пять из восьми рассказов в этой книге были такими скучными и бесконечными, что я потерял нить того, о чем они должны были быть. Трое из них были читабельны, ни не настолько хороши, чтобы их захотелось перечитать. Все они страдают от чрезмерной детализации там, где это не нужно, и кажущейся одержимости автора запутанной структурой предложений. Его рассказы зависят от плотного применения реалистичных деталей, чтобы создать ужас, но мне не нравится такой стиль письма, я предпочитаю, когда больше действий, и они не растянуты искусственно. Например, «Тот самый пес» был одним из самых тревожных рассказов, и в нем действительно есть пара кошмарных сцен, но его не мешало укоротить бы в половину. То же самое и с «Мечами», которые по сути являются очень простой историей. «Приют» выделяется из всех остальных своим юмором, поскольку рассказ ведется от лица обиженного рассказчика, но ввиду отсутствия какой-либо концовки, он сразу теряет баллы. Явно не мой автор.

Любовь Сулименко

Не советую начинать знакомство с творчеством писателя именно с этой книги. Это не самая оптимальная отправная точка для погружения в его эксцентричный и своеобразный мирок, поскольку эти рассказы могут отбить у вас интерес к нему, и вы пропустите большую часть его других работ, которые в целом великолепны. Он действительно великий писатель, и этот сборник не показатель. Типичная странная атмосфера присутствует. Есть множество типичных для автора героев с чувством тоски и сдержанной похоти, но большинство из этих историй болезненно скучны, так что восхищаться здесь особо нечем. Начинаются все они довольно сильно, но угасают к последним предложениям. К тому же они очень старомодны, и для современного читателя станут просто эхом из прошлого столетия без особой привлекательности. Особенно история о часах, о времени и о том, как часы влияют на время, а время — на часы, и о том, как люди живут в рамках времени, или это часы ограничивают время ходом своих стрелок. С современными роботами-пылесосами, мобильными телефонами и прочими гаджетами внимание в рассказе больше переключается на предметы и вещи, новаторские в ту эпоху, но исчезнувшие ныне, чем на саму канву.