Лучшие годы Риты

Анонимный покупатель

В своё время была неприятно удивлена романом "Вокзал Виктория", в нём было столько неприязни к России, столько небылиц, политических истерик и сознательного нагнетания мрачных настроений, что я решила объявить читательский бойкот Берсеневой. Но прошло время, и меня заинтересовало, что новенького она сочинила. Да, политические страсти слегка поутихли, но суть осталась прежней: на Западе жизнь идеальна, все мыслящие люди заранее позаботились о запасном аэродроме в виде второго гражданства и/или недвижимости в какой-нибудь европейской стране. В России запросто отбирают бизнес, убивая владельца и передавая успешную фирму приближенным к властям людям, жизнь невыносима и опасна, "крах и апатия в одном флаконе", что заявляет один из героев. Героиня типична для Берсеневой - из серии "все бабы как бабы, а я богиня". Родом из провинции, сумела закрепиться в Москве и наладить бизнес - торговлю медицинским оборудованием. Однако в последнее время дела идут неважно, причина ясна - ужасная, зловещая обстановка в стране, где она родилась, училась, неплохо заработала. Рита ещё предусмотрительно побывала замужем за неким инфантильным немцем, геймером, и благодаря этому получила вид на жительство в Германии. Особо подчёркнуто, что ностальгия по родине Риту в то время нисколько не мучила. И вот, с большой неохотой приехав на встречу с одноклассниками из Москвы в свой маленький городок двадцать пять лет спустя окончания школы, переспала с одним из них и забеременела. Ребёнку неожиданно решила подарить жизнь, а потом и с отцом девочки Митей Гриневицким завязались отношения, вопреки первоначальным намерениям. Он, кстати, оказался жертвой путинского режима - всё заработанное в Москве отобрали, чудом не убили самого, жену и дочку - их он успел в Америку отправить. А сам после такого краха пребывал в провинциальном убожестве. Такая вот книга, полная пессимизма, уныния и обиды на Россию. Мне она не понравилась, так как видя много проблем в своей стране (а в какой их нет?!), тем не менее, считаю эмиграцию бегством, а не выходом. И мне не по нраву, когда художественная литература превращается в агитку.