Мясной Бор

Игорь Иваненко

Книга оставляет какое-то двойственное впечатление. С одной стороны она написана на хорошем литературной языке, но с другой стороны в ней очень трудно уловить общую картину сражений и почти не возможно следить за героями данного романа. Автор буквально «нашпиговал» роман предположениями о вредной роли Сталина в войне и в частности, в судьбе Второй ударной армии. Только ни каких доказательств он в романе не приводит, а просто пересказывает все лозунги из культа личности и разные слухи. Особенно умиляет его отношения к генералу Власову в сравнении со Сталиным, из романа не понятна роль генерала Власова в трагедии армии, но автор строго стоит на позиции, что Власов лучше, чем Сталин. Хотя Власов сдается, но автор подчеркивает его пленили, а если бы не пленили, то Власов продолжил бы борьбу и в тоже время приводит очень много примеров героических поступков других крупных командиров второй ударной, которые предпочли смерть плену. И вроде вывод должен напрашиваться сам собой в этом случаи, но автор просто это замалчивает. Да и зачем ему делать какие-то выводы, ему внушили, что во всем виноват Сталин и он пытается это изобразить в романе, получается не очень. Но самая главная мысль романа, что Сталин он такой же, как Гитлер и просто Гитлер обманул Сталина и раньше напал на СССР, чем СССР напала бы на всю Европу, проходит красной нитью через весь роман. Сильно бросается в глаза, как автор часто называет фашистов пришельцами, к чему это, это же не фантастика или он так и не определился было это или нет. Один плюс можно отметить у книги, что в ней много воспоминаний и других документов реальных участников сражений из которых становится понятно какие тяжелые бои происходили в это время и в каких тяжелейших условиях приходилось сражаться бойцам армии. Вывод по роману можно сделать, что Гагарину не надо было добавлять ничего от себя, а просто опубликовать эти все документы в хронологическом порядке и получилась бы хорошая книга памяти о Второй ударной армии, а он бы писал о пришельцах, о кошмарах Гитлера и Сталина в какой-нибудь другой своей книжке и назвал бы её мои фантазии о войне.