Сага с помарками.

Развивая классическую традицию русского стиха, Татьяна Бек дерзновенно взрывает поэтическое слово изнутри --силой характера, неординарностью взгляда и самооценки, уникальностью судьбы. Страстное чувство и виртуозно точная форма, независимый интеллект и почти детский наив - все это вместе создает неповторимое лицо лирики. Даже вечные жанры - элегия и портрет, баллада и басня - обретают в поэтике Т. Бек неожиданно новую жизнь.
В книгу "Сага с помарками" вошли лучшие стихи из шести сборников Татьяны Бек, а также совсем недавние вещи, публиковавшиеся лишь в периодике: они составили последний раздел.
"Уже ее ранние публикации семидесятых годов обратили на себя внимание чертами, обычно не свойственными начинающему поэту. Какая-то тонкая грань между лирической героиней и автором, легкая тень усмешки автора при изображении лирического "я" - как бы немного на отлете. Как будто бы и о себе, но о другой себе… <…> Вообще. в стихах Татьяны Бек отчетливо узнается время и место. Они становятся предметом изображения. И ассоциация с Ю. Трифоновым здесь неслучайна. Т. Бек делала в своих стихах нечто близкое тому, что он - в прозе, передавая, изображая невидимое течение времени, казалось остановившегося в повседневности. Её голосом заговорили определенная среда и эпоха. Уже с первых книг явственно различимы были московские нотки, узнаваемые не только благодаря конкретной "географии" отдельных стихотворений ( и прежде воспетые Пресня, Арбат плюс совершенно антимифологический Водный стадион, Динамо), но и за счет именно московской "русскости" речи, с ее особенной любовью к фразеологизмам и к вольному обращению с ними. <…> И тут мы подходим к еще одному и очень важному сюжету поэтического романа Татьяны Бек. Он тоже отражает жизнь современной души. Уже, кажется, говорилось, что ее лирику населяют во множестве самые разные герои и - что есть главное свойство автора - умение принять и полюбить человека. Иногда голоса автора и героев звучат так близко, что их почти не различить. Такая позиция, как мне представляется, происходит от какой-то совершенно самобытной духовности, почти уравнявшей в правах… нет, конечно. не Бога и человека, но божественное и земное в человеке". ( Из послесловия Екатерины Орловой "Ландшафты стиха: О поэзии Татьяны Бек")