Тень Мазепы: украинская нация в эпоху Гоголя (БОЛЬШАЯ КНИГА)

Александр Константинов

В наших глазах Мазепа — символ измены, для украинца — строитель Гетманьщины, просветитель и меценат. Книга об истории Украины, территориальном вопросе, культуре и быте украинского народа. Подробно описаны быт, нравы и традиции всех этносов, населяющих территорию современной Украины. Отражены все сферы повседневной жизни: от образования и торговли до государственной службы и формирований повстанцев. затронуты также и неудобные темы, в частности, отношения украинских крестьян и казаков с польской шляхтой, поведение поляков в отношении российских имперских властей, победы и поражения групп и отдельных лиц, сражавшихся за свои идеалы. Много сказано о самоидентичности, развитии украинского языка (мовы), о людях, которые во многом послужили катализатором и символом развития украинской уникальности: Гоголь, Шевченко, да и сам Мазепа.

Виктор Сорокин

Книга очень интересная и, прямо скажу, своевременная. К сожалению, картина реальной истории и реальной жизни украинского народа, равно как и история взаимоотношений русского/великорусского и украинского/малороссийского народов в нашей культуре (в нашей литературе), мягко говоря, не очень разработаны. В нашей литературе (а откуда мы ещё привыкли черпать сведения? Штудии этнографов у нас, увы, достояние специалистов) Украина в составе Российской Империи была чем-то вроде "своей экзотики", да ещё экзотики на любителя, немного несерьёзной. Исторически же - этакой заблудившейся сестрёнкой, которую серый волк унёс было, да она сообразила вернуться в семью, под крыло и опёку старшего брата. Сейчас же на это накладывается целый ворох не самых симпатичных сиюминутных стереотипов. Поэтому, повторяю, книга очень своевременная. Правда, книга очень неровная. Я бы предпочёл найти в ней больше исторических подробностей. О таких, к примеру, вещах, как распределение в Речи Посполитой и сопредельных землях вариантов христианства, их взаимодействие, превращение в итоге религиозной принадлежности в национальную идентификацию. Как мне представляется, во многом именно это и привело к "кристаллизации" поляков, украинцев, белорусов (и даже литовцев), как народов (любопытно было бы проверить это моё "представляется"). Интересно было бы найти больше подробностей по истории расселения украинцев, по их хозяйству, взаимоотношениям с Польшей (в частности, статус реестровых казаков). С другой стороны, автора трудно упрекнуть: он взялся за тему очень широкую, почти все стороны которой читателю или малознакомы, или вообще не знакомы, и тут трудно угодить всем. Я мог бы высказать ещё ворох мелких претензий… Но лучше просто посоветовать всем эту книгу прочитать. Надеюсь, она будет, на эту интересную и важную тему, не последней (я не имею в виду книги, от самых заголовков которых несёт духом не исследования и рассказа, а политического манифеста).