Умри, несчастная! Театральные рассказы

Женя Миллер

Мое общее впечатление о Чехове такое, что он - великий художник; он мастер во всех смыслах этого слова. Написание хорошего рассказа — тонкое искусство. В отличие от писателя романа, у автора коротких рассказов мало возможностей для расслабления, включения деталей, которые дополняли бы сцену, создания сложных черт характера, построения запутанного сюжета. Краткость требует экономии. Описания должны быть краткими и по существу; персонажи должны быть одновременно интересными и легко воспринимаемыми. И сюжет должен каким-то образом быть одновременно непредсказуемым и увлекательным, не полагаясь на богатый фон персонажа или сцены. Я вспоминаю тех художников, которые работают на улице, делая зарисовки пешеходов. Художник должен оттачивать наиболее характерные черты лица и манеры поведения, используя только самые наспех выполненные линии, чтобы намекнуть на полную картину. По Чехову никогда не догадаешься об огромных трудностях задачи. Он обладает этой первой и самой диагностической чертой мастера: он делает это без усилий. Читатель сразу же втягивается в историю, которая обычно состоит из обрывков из повседневной жизни, какой-нибудь интригующей подробностью личности, каким-то слегка неожиданным фрагментом диалога, намеками и вибрациями того, что лежит под поверхностью. Чехов отличается от других писателей своим остро сочувствующим умом. Он может убедительно писать о мужчинах и женщинах, богатых или бедных, надменных или робких, смелых или кротких, здравомыслящих или безумных, старых или молодых, образованных или невежественных. Действительно, один из ключей его искусства состоит в том, что трагедия, комедия, героизм и тирания существуют столько же в уме, сколько и в мире; легкое слово упрека от любимого человека может быть столь же сокрушительным, как и самое тяжелое поражение. Когда мы смотрим глазами Чехова, мы видим мир как поле битвы крошечных сражений — таких тонких и таких постоянных, что обычно невидимы, но тем более трагичны из-за их невидимости. Если вы хотите увидеть искусство во всей его красе — настолько утонченное, что едва ли можно даже назвать искусством, — тогда, друзья мои, не смотрите "дальше" Чехова.