Записки из Мертвого дома

Лекс Зз

Это книга о людях в целом, без разделения на национальности, на возраст, на сословия, но попавших в экстремальные условия жизни. Книга о жестокости и сострадании, о ненависти и добродетели, о зле и милосердии в целом. Мне ожидалось, что читаться будет особенно тяжело, но нет. Да, местами есть по-настоящему пронзительные и неприятные моменты, но в целом книга оставляет после прочтения светлое чувство.

Мария Лысенко

При всей моей любви к творчеству Достоевского мне книга не зашла. Я вообще не очень люблю истории о каторгах или войнах,но подкупило то,что произведение во многом автобиографично,а такое мне нравится. Мне было невероятно тяжело читать о всем этом ужасе,но я смогла себя заставить дочитать. Поразмыслив,я пришла к выводу,что мне чем-то даже зашла книга,но любимой точно не стала.

Надежда Котова

Ох, ну что же, принимаясь писать этот отзыв, могу сказать только одно: это моя любимая книга у моего любимого автора. Да, я считаю автора гением, и, на мой личный взгляд, пусть это произведение и не входит в так называемые знаменитое великое Пятикнижие, но тем не менее оно очень и очень драматичное, глубокое и неоднозначное. С этой точкой зрения можно, естественно, спорить, но я ее придерживаюсь

Вячеслав Ванчин

Данное произведение, насколько мне известно, написано автором по выходу из каторги, в коей пробыл он 4 года. Считается очень удачным, ибо, полагаю, для своего времени было неким новаторством и необычностью сродней гению. Ныне же, при наличии подобных трудов других небезызвестных и более современных (а, стало быть, понятных более современникам неискушённым), считаю его не столь уж великолепным, но не из-за сомнений в гении автора, а лишь по приведённым причинам. В прочтении не разочаровало.

Мария Будапештова

«Записки из мёртвого дома» — глубоко личное произведение Достоевского, основанное на его четырёхлетнем опыте каторги. Автор, будучи дворянином среди каторжан, описывает этот особый мир со своими законами и порядками, где тридцать человек ютились в душных казармах при свете сальных свечей. Произведение поражает своей документальностью — автор беспристрастно показывает быт заключённых, их характеры и нравы. Интересно, что даже цензор счёл описание каторги слишком мягким. Несмотря на относительный порядок (отсутствие драк, обеспечение государством), неволя остаётся неволей — тоска по свободе особенно остро ощущается при взгляде на бескрайние просторы за рекой. Это не просто художественное произведение, а глубокое исследование человеческой природы в экстремальных условиях.