Заводной апельсин

Вероника Быстрова

Это роман о том, что зло, приручённое через страх, перестаёт быть злом - но перестаёт быть и человечностью и также это роман о том, как мы все, чуть сдвинув настройки, превращаемся в механических апельсинов. Бёрджесс спрашивает: что остаётся от человека, если у него отняли выбор? Бёрджесс показывает, что любой эксперимент над душой - преступление, даже если он делается во благо

Юлия Кутузова

Купила «Заводной апельсин» Бёрджесса, потому что это классика антиутопий. Книга начинается тяжело из-за выдуманного сленга, но быстро привыкаешь. История про жестокого подростка, которого система пытается сделать хорошим, пугает. Автор заставляет задуматься, что страшнее: насилие или отнятая свобода. Читается жёстко, без прикрас. После прочтения осталось мутное чувство и много вопросов. Покупкой довольна.

Ольга Беляева

Интересная антиутопия со своими проблемами которые актуальны во все времена. Мораль истории так же ясна. Сленг в книге интересный и добавляет изюминку в само повествование. Главный герой изначально плохой парень и вы чувствуете изначально неприязнь и отвращение к нему и так же осуждаете его поступки. Позже вы сможете увидеть как герой меняется и даже начнете сопереживать ему.

Степан Мельников

К "стилю написания" стоит привыкнуть, а также нужно обладать фонетикой английского языка. Прочитал за 2 дня, в первый привыкал, а за второй прочитал на одном дыхании в 2 раза больше за вдвое короткий промежуток времени. Главная мысль может интерпретироваться двояко из-за разного мышления читателей. Несомненно, это классика, и я советую это к прочтению тем, кто хочет познакомится с зарубежными авторами

Олег Кизару

Стильный и броский текст вызывающий во мне протворечивые чувства - некоторые сцены насилия читаются с мыслями "о нет, только не это!", а потом я смеюсь, когда Алекс говорит что кто то skopyitilsa) Насилие в этой книге многослойно, начинаясь с власть имущих оно спускается до ребят на улице, приобретая на своем пути различные формы. Парадоксальный главный герой, главарь банды, испытвающий наслаждение от девятой симфони Бетховена и избиения людей, разбирающийся в классической музке и том, как организовывать себе алиби на момент приступлений, сам становится жертвой насилия, причем весьма изощренным, научным, способом. Карикатурный мир, сумасшедший и в то же время обыденно серый, повествование от лица подростка, уникальный язык, море символизма и глубокие филосовские вопросы - делают эту книгу неповторимой и запоминающейся классикой.